Форум » Выпуски 1976-1980 » Выпуск 1978 г. Первый! продолжение... (продолжение) » Ответить

Выпуск 1978 г. Первый! продолжение... (продолжение)

As on: Прибил наш незалежный Васька ветку... Продолжаем! Краснову: +7 985 212 0009 (без гудков и "...соедините, девушка....) буду жив и на месте - пересечемся... Ну а Васылю (или как там уже тебя сейчас правильно...) придется ответить Хотя извини, но вынужден предварить свой ответ репликой, которой всегда руководствуюсь: Из двух спорящих неправ тот, кто умнее... Вынужден просто ответить, боксерское прошлое не позволяет сушить на морде...

Ответов - 257, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 All

krasnov: Привет ветеран. Ветеранам слава

krasnov: Всех с праздником праздничным С днем ПВО. А кто помнит закон Киргофа? А формулу, кто знает, расчета дальности прямой видимости РЛС?

вш1: krasnov пишет: кто знает, расчета дальности прямой видимости Да что там знать? В формуле есть две знаменательные цены - 3.62 и 4.12.


krasnov: Всех с праздником, друзья

krasnov: По поводу формулы Эти цифры надо умножить на кривизну земли, сразу же после первой

вш1: krasnov пишет: Эти цифры надо умножить на кривизну земли, сразу же после первой Вот в этом то и смысл! Ведь после второй, не говорю уж о третьей, квадратные корни вычетанию поддаются трудновато. Особенно если под рукой не окажется логорифмической линейки. Даст Бог, лет через восемь попробую внука научить ей(линейкой) пользоваться!

krasnov: И опять приятно слышать умные слова. Похвально, что ты, дружище, понимаешь что всеобщая компьютеризация отупляет мозги молодых. Тем самым лишая возможности думать самостоятельно свои мысли. Комп предлагает уже готовое решение для человека, тем самым выключая функцию логического мышления. А это уже есть участь рабов, к которой нас пытаются сподвигнуть америкосы. Но не тут то было, пока мы КВКУРЭшники живы, наша страна в безопасности! Учи внуков своих, передавай опыт наш боевой. Обязательно научи внуков своих, пользоваться логарифмической линейкой. Еще раз с праздником, у нас уже обед, приступаю к наливанию

As on: Искренне поздравляю сокурсников и всех нас с праздником! Удачи, хорошего настроения, здоровья и удовольствия от оставшихся нам лет.

As on: Искренне поздравляю всех нас (и себя) аж с 38-й годовщиной выпуска! Ну и желаю... само собой....

Лаус: Дорогие выпускники 1978 года поздравляю Всех с присвоением первого воинского звания лейтенант УРА! УРА! УРА!

Лаус: Дорогие выпускники 1978 года поздравляю Всех с присвоением первого воинского звания лейтенант УРА! УРА! УРА!

As on: Впервые встретился побывал с однокашниками за прошедшие 40 лет на торжествах по случаю выпуска нас в большую самостоятельную жизнь и как-то усовестился... Ибо молчу, не захожу годами. И потребности в том нет. А жизнь уже бежит "в клетках"... Да, негоже Асону замечать и тем более реагировать на мосек, лающих из-за угла. Я знаю свое место в строю и влияние на среду - много лет в серьезном спорте в разном качестве. Где и успешная тренерская работа. Мне не надо лекций про личность, коллектив и связанные с этим вещи. Но и вины не чую - не очень понимаю, зачем и куда тащить воз. Нет амбиций. Все уже доказал и сделал. А пока (перед отчетом об юбилее) помещу отрывок из когда-то начатой (лет 10 с лишним как начатой, но так и незавершенной...) Истории 1 выпуска КВКУРЭ ПВО КВКУРЭ ПВО I выпуск (История) В начале сотворил Бог небо и землю. Земля в ту пору, по свидетельству неведомых историков, удивительным образом оставивших поэтические воспоминания о том времени, была очень далека от какой-либо привлекательности: она «была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою». Видно из человеколюбивых соображений (чтобы историки не обсирались от страху и не выдумывали невесть что в абсолютной тьме) сказал Бог: да будет свет. «И стал свет». На свету у него поперло куда бойчее и осмысленнее – принялся отделять твердь от воды и воду под твердью от воды над твердью, назначать день, ночь, вечер и утро. Но и это, не сказать, что уж очень утомительное занятие, как оказалось, его слегка подломило: «назвал Бог твердь небом». Столь откровенный ляп и свалить даже абсолютно не на кого, разве что на Духа Божьего, которому произведенные изменения явно не могли помешать по-прежнему носиться везде со свистом. Тем не менее, следует признать, что Он проявлял, вопреки угадываемой телесной немощи, большую силу идейного творчества. И все-таки, можно как угодно относиться как к самому Д.Писареву, так и к его наследию, но в приведенном контексте нельзя не признать справедливость следующей фразы отечественного революционного демократа: «Неправильное употребление слов ведёт за собой ошибки в области мысли и потом в практике жизни». Далее Он занялся решением технических проблем – обозначил сушу, поставил ей задачу – «…да произрастят…», а собрание вод назвал морями (почему-то легкомысленно оставив без функций и задач, что, как минимум, настораживает). Что, впрочем, мало опечалило воды, которые по собственной инициативе принялись тут же производить «пресмыкающихся», вопреки нашему учебнику биологии, в соответствии с которым пресмыкать дозволялось в очень других местах. Вскоре Он неожиданно озадачился созданием человека и женщины, причем обоих по своему образу и подобию. Заявление такое вызывает серьезную оторопь, но мало влияет на суть данного исторического исследования. Хотя, видно очень не зря Папа Римский Бенедикт ХVI разрешил тестирование католических священников на предмет сексуальной ориентации − следование «образу и подобию» наместников Бога на Земле наносило серьезный вред людям, которым было сказано сразу: «плодитесь и размножайтесь, и пополняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всякими животными, пресмыкающимся по земле». Примечательный пример преодоления современниками личных предубеждений, мешающих пользе дела. Как именно размножаться, кстати, не было ни рассказано, ни показано, что потом породило серьезные проблемы благодаря очевидной бесконтрольности частной инициативы. Только буддисты не считают возможным жить при неурегулированности такой важной проблемы и организовывают при своих храмах сексуальный ликбез. Повышение образовательного уровня и проявление творчества от недоученности, в этом неурегулированном вопросе, не добавило эффективности исполнению завета плодиться и размножаться. Хотя многие попытки были заведомо тупиковы и однозначно не вели таки к цели, но достаточная масса людей продолжает эти пустые эксперименты, забывая начала из учебников биологии и даже ботаники, где показаны мужские и женские половые клетки и единственный способ размножения. Посредством соития. И помочь этим исследователям может только популяризация взглядов Джима Хоффмана, призывавшего «воспитывать здоровое неуважение к невозможному». Однако необходимо признать, что попытки прямо экстраполировать законы животного мира на человеческое сообщество сильно грешат ошибочностью. Так, к примеру, удалось заработать некоторое количество денег и концептуального капитала одному венскому психоаналитику, распространившему пример одного умудренного годами и опытом вожака обезьяннего стада, лишавшего мужского достоинства всех своих конкурентов с твердой неукоснительностью, на всю последующую культуру и историю человечества, но к этому надо относиться как к частному примеру, не подходящему для широкого распространения и подражания. Усилия по легализации альтернативных способов размножения, создание сообществ и субкультуры, объединяющей лесбиянок и пидарасов, мало способны повлиять на неумолимые законы природы. Но даже всё это не помешало сделать Ему приятный вывод: «И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма». В целях снижения объема повествования и безо всякого ущерба и потери смысла опустим приличный кусок предшествующей истории изобилующий как фактами, так и субьективными их оценками, причем весьма противоречивыми. Тем более, что автор хотел бы запомниться свидетельствами о смиренном и радостном обладании благодатными дарами, а не быть иллюстрацией к завету пуританского священника Джона Коттона, который хоть и жил 4-мя веками до него, однако выражался с полной определенностью: "Чем более учен и многоумен человек, тем более подвержен он влиянию Сатаны". …Итак, как-то однажды Он озадачился отсутствием КВКУРЭ. И сразу понял – такое положение совершенно нехорошо, причем даже очень весьма. Я бы даже сказал – совершенно нетерпимо. И сказал – быть. А у него слово – дело. И стало. И был день и было утро 31 августа 1949 года от рождества Христова. И, разумеется, привычно для себя накосячил: КВКУРЭ было учреждено в Гомеле. Представьте – учиться и закончить ГВКУРЭ! Благо хоть через 10 лет спохватились, и перевели училище в Красноярск, где ему и следовало было быть… Но допущенная в самом начале ошибка сделала Его более осторожным и после нее уже целых 25 лет готовились к созданию собственно КВКУРЭ, о чем свидетельствует памятный алюминиевый знак, выданный первым курсантам КВКУРЭ. А до них и училище называлось заметно короче и учиться было ощутимо меньше и легче. Такое примечательное событие в мировой истории не могло пройти мимо внимания шустрых и цепких в вопросах личной выгоды летописцев. Эта публика если не прямо деньги слупит, так к чужой славе прислонится и будет насмерть драться за теплое место под солнцем. Вот, приводим образчики их «творчества»: «Светло светлая и прекрасно украшенная земля кэвэкурешная! Многими красотами прославилась ты: дорожками прямыми во белёных бордюрчиках славишься, газонами и курилками местночтимыми, крутыми спорткомплексами с бассейнами глубокими и саунами «генеральскими», плацем необозримым, зеркалами обрамлённым, бесчисленными корпусами многоэтажными и казармами светлыми, садом училищным, клубом безбожным с кафедрой ленинской пригретой, сержантами крикливыми, каптёрами честными и вельможными офицерами многими!» Другой летописец, описывая период истории КВКУРЭ именно с истории 1-го его выпуска, начал не менее художественно и пафосно: «…В цветущей Сибири – там, где шумят гордые сосны, где благоухают кедровые и черемуховые рощи, где величественный Енисей катит медленно свои воды, где возвышается ГЭС, запершая его воды высокой «стеной», где на въезде в самый лучший, Советский район города, хоть с аэропорта, хоть с вокзала, горит призыв: «Народ и армия – едины!» – там увидел я впервые КВКУРЭ. Красота ея была неописуема…» Но и его остановили тем соображением, что чем мельче летописец, тем масштабнее создаваемые им образы, тем неумереннее пафос, тем глубже наторенная колея, в которой тонут надежды и замыслы. Даже был приведен пример некоего скунса, который хоть и незначителен физически, однако запаху отталкивающего производит гораздо. Это привело к полному умалению его желаний и он утих, затаив ожесточение в сердце своем, напоследок выразив горькую думу свою – надо де кудрявою выдумкою увлечь читателя, а не благими намерениями… Ибо все охотнее читают бульварные детективы и любовные романы, а не Гегеля и Монтеня с Розановым, не говоря о Достоевском Ф.М. Не намного более увлекательными были и следующие свидетельства: «…Созданное в 1949 году училище за короткий исторический срок прошло бурный и славный путь развития. Этот путь отразил рост могущества нашего государства и его Вооруженных Сил, закономерности научно-технического прогресса и развития средств воздушного нападения, специфику локальных войн и конфликтов и характеризуется непрерывным совершенствованием учебно-материальной базы, военно-научной и педагогической культуры, ростом качества подготовки выпускников. За годы существования коллектив первого в войсках ПВО радиотехнического училища подготовил свыше 17 000 высококвалифицированных офицеров, в полной мере отвечающих растущим требованиям к военным кадрам и тем самым внес заметный вклад в укрепление обороноспособности нашей Родины. Из направленных в войска молодых лейтенантов 108 человек окончили училище с золотой медалью…» Ну а уж бесконечным: «…Всем ты преисполнена, земля кэвэкурешная, о правоверная сила российская!» – вообще несть числа. Видя тупиковость ситуации и нетерпимость создавшегося положения всем прогрессивным человечеством, пришлось вмешаться подлинным патриотам и глубоким, настоящим ученым, свободным от идеологических и иных пристрастий. Известно – страсти и заботы проистекают из суетности сознания нашего. Но стоит побороть суетное сознание в себе, как проявится сознание истинное, настоящее, правдивое. Нельзя было более терпеть, чтобы не была создана подлинная история хотя бы первого, самого примечательного выпуска КВКУРЭ. Эта великая цель объединила целый ряд взыскательных историографов и публицистов, живо помнивших все реалии и с радостью положивших свои усилия и труды на алтарь общего дела, восстановления занимательной, во многом поучительной истории Первого выпуска, описания отдельных поступков его героев, оставшихся в памяти народа и сыгравших судьбоносную роль. О б щ и е с в е д е н и я Географическая справка: …КВКУРЭ располагается в центральной части Советского района лучшего города Сибири. Условно, но совершенно однозначно природа разделила КВКУРЭ на четыре не очень равные части: 1) северную, находящуюся на севере; 2) западную – располагающуюся строго на западе; 3) восточную – на востоке и, наконец, 4) южную, занимающую практически весь юг, огороженной бетонным забором территории. (Разумеется, возможно проведение и более подробной детализации, но в ней будет столь же смысла, как и в этой). Столь оригинальное разделение КВКУРЭ не только издавна привлекало к нему взоры всей культурной части населения города, но и служило непреодолимым препятствием для многочисленных злоумышленных шпионов и диверсантов, а равно их пособников, сразу ощущавших, что противу предусмотрительной бдительности нет приема, кроме как покорствовать. По соседству с КВКУРЭ жило множество независимых воинственных племен, но только замечательнейшие из них поименованы летописцем, а именно: тактические ракетчики из в/ч 10182; другие ракетчики, зенитные, из в/ч 34651; стройбатовцы (эти были самые воинственные из всех, им даже оружия не выдавали), да так называемые «шмасовцы», коих было более всего и гораздо. Вероисповедания, культурных традиций и образа правления они были сходного, поэтому в силу мизерности их влияния на самое КВКУРЭ, летописец ничего заметного про их подвиги не вспомнил, ограничившись лишь перечислением сих народов, да напирая на сокрытую в них воинственность, кою они неизвестно где и кому являли. Известно, что много историографов о том же толковало, припоминали разные обстоятельства и даже находили факты свойства довольно несомненного. Но до сей поры не удалось сохранить в целости эти бесценные свидетельства. Хотя, по правде сказать, дай им на водку, так не только сим свидетельствам не суждено было бы сгинуть во мраке веков, а напротив – расцвести неимоверно и украсить анналы яркими подвигами и геройством примерным. Население В КВКУРЭ жили так называемые «курсанты». Некоторые дотошные исследователи утверждают, что там проживали ещё и так называемые «солдаты». Но польза и от солдат и от подобных «исследователей» такова, что и теми и другими можно смело пренебречь, причем не только в рамках настоящего трактата. Однако помимо прописанных на этой территории курсантов, к людям КВКУРЭ можно смело относить и целый ряд других граждан. Итак, народонаселение КВКУРЭ разделялось на: 1) начальника; 2) офицеров; 3) преподавателей; 4) поваров; 5) курсантов – они же ещё и т.н. «простой народ». Каждый исполнял свою функцию. Начальник – начальствовал, преподаватели – преподавали, офицеры метались «между тучами и морем», повара – обсасывали, курсанты – наблюдали за происходящим и делали все, чтобы никому из перечисленных не было скучно. Для всеобщего удобства пришлось провести реформу языка: им были введены разные окончания: так курсанты и произошедшие от них сержанты оканчивались на «ты», офицеры – на «ры», а генералы – даже на «лы» (!). Все категории были сообщающимися сосудами, за исключением начальника. Он, по утверждению одного, вполне благополучного эмигранта, был «страшно далек от народа». Поэтому их с интервалом в 3-4 года меняли. Но на ситуацию такая ротация действия не оказывала, расстояние не сокращалось совершенно. Офицеры штаба делились на касты. К самой важной, высшей и малочисленной касте принадлежали заместители начальника. Попасть туда было трудно, даже невозможно, однако эти должности каким-то немыслимым образом никогда не пустовали. Часть офицеров преподавала, другая их часть, руководствуясь непонятными соображениями, выбрала себе куда более хлопотную, ощутимо менее престижную, благодарную и уязвимую функцию – следить за порядком в тумбочках курсантов, их персональным внешним видом, наличием средств личной гигиены, «полиморсосом» и красотой строя. Постоянное общение и контакт с простым народом часто приводил их к нервным срывам с последующим административным реагированием. Которое, разумеется, никак не могло их укрепить и только добавляло уязвимости их хрупкому и зависимому внутреннему миру. Здесь достаточно упомянуть только одну сторону их промысла, чтобы стала понятна их уязвимость. Всем известно из Ветхого Завета, что обоняние – прерогатива Господа: «…и обонял Господь приятное благоуханье». Офицерам, волею судеб назначенных следить за порядком в тумбочках, это высокое предназначенье замутило сознание и они начали считать себя равными Богу. Что привело их тому, что и они начали обонять окрестности в поисках приятных благоуханий. Но действительность была сурова и нерасполагающа – казарма, это вам не оранжерея с фиалками да гиацинтами. Казарма это… казарма. Что последовательно и неминуемо приводило их ко греху – «…буду обонять приятного благоухания жертв ваших». Угроза для простого народа, исходящая от впавших в опасную ересь надсмотрщиков, выковывала защитникам Родины стойкость к водке, осторожность в поведении и особую внимательность к вопросам не божьего, а обонятельного промысла заблудшей паствы. Все перечисленные выше категории имели массу крупных преимуществ перед простыми гражданами – они имели право беспрепятственно выходить за забор, не ночевать на территории училища, у многих были постоянные женщины, с которыми они могли совершать коитусы (вязки) в любое время (или когда заблагорассудится). Кроме того, получаемое ими жалованье было несопоставимо в десятки раз с теми деньгами, которые платила казна курсантам… Повара (летописец сообщает, что к этой категории относились все работники столовой, причем именовались они по имени основного их финишного инструмента – поварёшки) хоть и специально рекрутировались из людей, имеющих самое большое сходство с чертями, чтобы не подогревать нездоровые желания у простого народа, продиктованные симпатиею, однако, по свидетельству того же летописца, вопреки ожиданиям вели достаточно бойкую половую жизнь. Среди простого народа, следует признать, нередко встречались безрассудные люди… Им же подпевала тогдашняя официальная пропаганда, утверждавшая, что лишние пробоины на флаге только добавляют почитания к нему. Поэтому, как ни покажется странным исследователям, но поварешки от воздержания не страдали. Простой народ, однако, тоже был неоднороден: среди них отчетливо выделялись несколько категорий: 1. собственно курсанты 2. куски (ещё они иногда именовались «сержантами») 3. каптеры Повседневность заключалась в постоянной вражде курсантов с двумя другими категориями. Но сражались курсанты исповедуя хоть оригинальную, но исторически никак не оправдавшуюся тактику – «все врассыпную», каждый за себя, поэтому все стороны и все участники этих битв без исключения могли много и красноречиво рассказывать о своей доблести и военных подвигах, которых никто не видал, да и не интересовался никогда. Третья категория была представлена и комплектовалась исключительно из выходцев с территории нынешней, впавшей в клиническую идейную самостийность Украины, никак не предполагающей самостийности практической, или носителями тамошних титульных фамилий и сопутствующего генетического кода. Принципы комплектования второй категории вообще не поддаются разумной логике. В связи с тем, что и тех и других систематически массировали по всему периметру, государство кускам приплачивало. На лечение и примочки. Бодяги там всякие, мази… Каптеры же добирали радостей от жизни иначе – промотанием вверенного имущества. Куски, среди которых главным квалифицирующим признаком было количество нашивок на погонах, разделялись на: • сержантов младших, произошедших из простого народа, потому тайно и явно взыскующих влияния этого, зачастую абсолютно случайного факта, на свою дальнейшую биографию; • сержантов, произошедших из младших сержантов и укрепившихся в своем целеполагании; • сержантов старших, произошедших из сержантов, достигших всех мыслимых практически достижимых высот и уже терпеливо ждущих грядущего счастья. Отдельные исследователи нередко упоминали про честолюбивых курсантов, движимых силою начальстволюбия и положивших немало сил удовлетворению своих эгоистических планов, где фундаментом была известная им причастность всех известных советских маршалов к кускам. И если от бога им были заповеданы платонические отношения с курсантами, то отдельные будущие наследники маршальской славы в силу личного скудоумия переходили к откровенному русскому сексу, по свидетельству некоего* историка – «бессмысленному и беспощадному», не в силах освоить незатейливого, хоть и чеканного исторического предостережения: «Дурака е… - только …» То есть, если попытаться его передать очень другими словами, то: «Заниматься сексом с умственно неполноценным субъектом, преследуя цель добиться положительного педагогического эффекта – лишь неоправданно снижать заточку гениталия». Народ был практически безоружен пред напором энергии соискания и действия, отчего с большой находчивостью мог противопоставить токмо энергию бездействия. Но нельзя сказать, чтобы сии вероотступники бесчинствовали совсем безнаказанно – простой народ обыкновенными «пиздюлями» (так он именовал приемы ударного терапевтического массажа) возвращал заблудших к пользе общественной. Хотя нельзя не признать, что сие никак не сближало их сформированные взгляды на высшую справедливость, которую каждая сторона видела в том, чтобы морщить противную. Однако ж, встречались и такие, кому не «шли впрок ни уроки прошлого, ни упреки собственной совести, явственно предупреждавшей распалившегося военачальника, что ему придется расплачиваться за свои грехи». Так что и это, неумолимое, не было правилом и панацеею – иные куски, даже самым ясным образом сознавая свои неизбежные перспективы, неистовствовали и далее, принуждая далее их массировать сколь ещё нещадней, столь и более уважительней к такой упёртости. Говоря словами известного поэта: Как написала бы про это Газета «Красная звезда»: «Кто хоть однажды видел это, Тот не забудет никогда…» Историк приводит сохранившееся свидетельство одного сержанта, не раз пострадавшего за свою начальственную расторопность и руководящую въедливость: «…стали меня нудить и на коленки становить, дабы я перед теми бездельными людьми прощение произнес. Я же без страха от сего уклонился. И теперь рассуждаю так: ежели таковому их бездельничеству потворство сделать, да и впредь потрафлять, то как бы оное не явилось повторительным, и не гораздо к утешению способным?.." Особняком стояли куски, получившие старшинский ярлык и оберегавшиеся более особо от воздаяния народного. Но сколь ни соблазнительны были им защита офицерская и покровительства разные, однако и они не уберегали их от прозорливости, задача коей состояла в «ограждении своей спины от потрясений, ожидающихся в будущем». Мщение (сколь изобретательны порой народные умы, столь и бездельны они практически всегда!) этим злодеям зачастую сладострастно приберегали на самый конец. Старшины же, чтобы не доставить народу удовольствие, но доставить себе, предусмотрительно и заблаговременно исчезали, получив заранее всё то, что можно и нужно получить, за вычетом справедливого воздаяния. Из чего можно видеть, покуда одни устремляются к свету, торжеству Истины и Права, иные, напротив, желают укрыться во тьме. Историк с грустью подтверждает, что весьма не всякий раз падала тяжесть с сердец простого народа и свершалось всерадостнейшее и вожделеннейшее событие. Народ хоть и тепло относится к христианскому мироустройству, но перспектива ожидать Справедливости лишь на небесах его крайне огорчает. Посему любые приближения Страшного Суда ему близки. Что только говорит о его мудрости: коли и Там и здесь вершится одно и то же, то смысл ждать? Одежда Курсанты гораздо отличались пышностью своего обмундирования и вооружения. Ведь только представьте – они обладали парадной формой для строя, парадно-выходной, обе могли быть зимней и летней, помимо этого – повседневной формой. Причем она тоже полагалась для отопительного и более человеколюбивых сезонов. А была еще полевая и спортивная. Да даже с утра побегать на свежем воздухе в компании сотоварищей, друзей и знакомых, у них было 5 (пять) утвержденных вариантов прикида. Так если к этому великолепию добавить еще оружие и элегантные, инкрустированные кожей барсетки, то совершенно неудивительно, что при виде таких орлов красноярские барышни не то что «в воздух чепчики бросали», а по некоторым свидетельствам просто «…паром ссали от восторга и готовы были стойко переносить тяготы и лишения за счастие иметь» возможность вблизи любоваться, вынашивая невинное желание продолжить это развлечение на оставшуюся жизнь. Все другие категории (за исключением поваров – те были холодны к такому щекотанию самолюбия), по сравнению с простым народом затмевали его начисто пышностью и великолепием своих одежд и нарядов. Особняком стоял начальник. У него были даже белые одеяния и золотое шитье. Причем знание о том, что у него есть, было непосредственным – он в них периодически облачался и радовал себя и окружающих своим приметным облачением. Угрожающее положение в других галактиках, где не был своевременно решен вопрос цветовой дифференциации штанов, послужило хорошим примером для землян из КВКУРЭ. Кроме того, личный пример начальника сильно поднял эстетические и смежные стремления кэвэкурян. Под его влиянием многие незрелые умы праздно мечтали о таких же великолепных одеждах и шитье, черной «Волге», просторном кабинете и халявском пропитании, о котором было известно от негласного посещения отдельными воинами и распускаемых потом слухов т.н. «Холодка» – отдельных палат при столовой, где ежедневно накрывали столы для пиршеств начальнику и его приближенным. В мирное время эта разряженная публика крутилась на самом виду и впереди всех. О военном времени трудно что-то определенное сказать, в силу отсутствия у летописцев достоверных фактов, но вполне очевидно – с таким прикидом на пулеметы не лезут. Золотое шитье ибо здорово портится от пулеметов… Обмундирование курсантов, несмотря на свою пышность, функционально учитывало местный климат: летом в КВКУРЭ традиционно было жарко, зимою, столь же неуклонно – холодно. Так и в шинели тоже было летом жарко, а зимой холодно. Но и во всем остальном разрешенном облачении курсант мерз во время холода и распаривался от жары. Такая продуманная экипировка, по гениальному замыслу ее создателя и многочисленным документальным свидетельствам, способствовала развитию жестокости к врагам, энергии и непоколебимости в характере курсантов. Чтобы не запутаться самим окончательно и не забыть, курсанты (т.н. «простой народ») приноровились делать специальные отметки на своей одежде, соответствующие году нахождения в КВКУРЭ. Что позволяло не только им самим, но даже людям, совершенно далеким от реалий и условностей их жизни, уверенно это знать. Во всяком случае, такое полезное нововведение позволяло много точнее самкам людей выбирать в отношении курсантов более осмысленную и эффективную линию поведения – ясно представляя лимит времени, они могли уже не заниматься фигней, типа театральных девичьих сомнений – на каком свидании позволить за руку подержать, а сразу крепко брали быка за что надо. Следует уточнить, что хотя курсанты и относились по статусу к так называемым «военнослужащим срочной службы», но у них не было так называемой «дембельской одежды», считающейся практически обязательной для хоть сколько себя уважающей остальной части представителей срочной службы. К сожалению, дембельский мундир в частности и дембельский прикид вообще, ещё практически не изучен в истории костюма. Доходит до смешного – у нас уже совсем малые дети знают, как катать валенки, шить косоворотки, дубить овчины для полушубков, тачать опорки и зипуны, вышивать блузки и инкрустировать ремни, ткать холсты и плести шляпы, но как правильно готовиться к дембелю – так и остается на уровне устных преданий и даже почитаемый многими Гугль здесь бессилен. И совершенно не исключено, что может бесследно исчезнуть трепетно передаваемое из поколения в поколение умение изготавливать погоны, шевроны и кокарды неведомых государств, вязать аксельбанты и перевязи, обшивать доломан и чикчиры галуном и шнурами, точить бляхи и каблуки, полировать латунные накладки по 14 классу точности, нашивать лампасы, вензеля и опушки-оторочки из меха мелких, ценных и приблудных животных, а также изделий химической промышленности. Можно с печалью ожидать, что бесследно исчезнет не только как явление, но и на бессознательном, генетическом уровне, способность, особый взгляд на вещи, позволяющий беспокойному, дембельски сориентированному уму видеть другую сторону практического их применения и использования. Приходится тактично опустить такой раздел дембельского костюма, как стилистическое решение знаков доблести, их количества и выбора, в силу её необъятности. Поэтому совершенно необъяснимо и дико для военных людей, когда разработку дизайна формы воина поручают какому-то мелкому жидоватому полупидеру, имеющему о форме, обмундировании и армии самое поверхностное мнение и представление. С подачи таких деятелей у нас и лётчикам будет предложено летать не в ГШ и ВКК, а в ментиках, кружевах и киверах с лорнетками… Тоталитарный режим, контролировавший всё и вся, не мог оставить без административного внимания и попечения такой важнейший элемент военной формы одежды, как нижнее бельё. Именно оно во многом определяет как линию поведения курсанта в различных ситуациях, так и возможные последствия как строго следования ей, так и отклонений от прогнозируемых поступков. Содержательно эта линия экипировки курсантов была строга и функциональна: в летний период – трусы синего цвета и майка (цвет её зачастую был загадочен, но можно было смело утверждать – она светлая), в отопительный – два вида кальсон с соответствующим верхом. Теплый с начесом гарнитур курсанта, надеваемый поверх белого, обладал помимо натурального происхождения еще и необыкновенно привлекательным, нежно-бирюзовым цветом. Что, к сожалению, было мало оправдано – курсант в исподнем был чаще стыдлив, пуглив и зажат, невзирая на столь привлекательные потребительские свойства белья. Даже без зачатков вкуса он понимал – в таком одеянии он никого не пленит подтянутостью и ладностью фигуры, скрытой мужественностью, которую выгодно подчеркивает одежда… ...

As on: Ресурс послал меня на ... - даже в этом отрывочке было более знаков, чем позволительно. Отсёк мало заботясь о смыслах и прочем. Будет выраженный интерес - продолжим... А был на юбилее реально: Coinmarketcap Telegram Bot Coinmarketcap Telegram Bot

угрюмый: Спасибо большое. Прошу продолжения

As on: Угрюмый… земляк… Целый ворох воспоминаний разворошил… Для меня все сибиряки – земляки, но тут ещё и т.с. личное – я начинал службу в Иркутске, в тогда ещё 26-й дивизии (где-то через год она стала 39-м корпусом), в славных Красных казармах. Там тогда навалом всего было – и штаб дивизии, и эртывэшный 97-й полк, и армейская учебка, и ВТЭскадрилья, и ДАРМ и еще всякой мелкой фигни… Я там появился аж в октябре (допечатал предписание еще в Новосибирске, да по приезду на Байкале нечаянно уже завис), но погода была замечательная и управление дивизии поэтому было каждый день на физо с 16.00. Кроме меня в 97 ртп начфизом пришел Димка Гунькин, чистый волейболист (ГЦОЛИФК) и москвич, за Буревестник играл. Вот тогда мы с ним давали жару. Старики смахивали слезу и радовались, какие лейтенанты стали приходить… Полковник Нечаев, нач.опер.отдела узнав, что я никуда не назначен ещё, стал меня уговаривать на вакантную должность нач.отдела спецсвязи. Я отнекивался, опираясь на нелюбовь к любой связи, кроме половой, внушенной мне в училище полковником Николаевым (Разграфкой), а он никак не мог в толк взять – лейтенанту предлагают майорскую должность в штабе соединения в крупном городе, да ещё с отдельным кабинетом, оснащенным железной дверью, куда никто (!) не может сам зайти, а он отнекивается… Но и усомниться в моих умственных способностях он не мог себе позволить. Кстати, личность во многом примечательная – он арестовывал Берию под руководством Батицкого и охранял его в подвалах штаба МО ПВО на Мясницкой. Глыба в прямом и переносном смысле… Местная, точнее знать соединения, видя, что они укрепились прилично, стали прибарзывать и даже вызывали на поиграть как УВД, так и чекистское областное управление. Мы с Димкой обеспечивали своим основание для удовлетворенности. Играли в специализированном зале Динамо, на берегу Ангары. После игры – банкет на базе собравшихся и переживавших в сторонке. Одним из игроков основы был Мусин – начальник РТВ дивизии. Доброе знакомство потом помогло перевестись домой… Во всяком случае, был замечен и перед первенством армии был вызван на сборы. Вот тогда я и начал устранять огрехи подготовки. Школы у меня не было – сложно за нее считать секцию, которую вел наш физрук Данилыч, который по профилю был лыжник. Выручали только фактура, прыгучесть и скоростно-силовые: даже профи впечатлялись, с какой силой я бил. А почему нет – ведь я и гранату метал ощутимо за 70 и копьё за 80… А в ту пору как раз практически всю основу иркутского Динамо, весной выигравшего пер-во России, дававшего право на МС, призвали в армию. Капитан – Мишка Кончевский, Серега Пупышев, Вовка Кузекевич… А тут ещё и мы с Димкой… Когда на армии мы убрали всех (собственно приличных команд было 3: Иркутск, Толмачево, т.е. тогдашний новосибирский Север и Семипалатинск, где тогда было трое с алмаатинского Дорожника, а мелкоту можно не считать), армейское руководство тоже возгордилось и решило нас стравить с полной основой Севера, для чего послали им вызов. Мы и их сморщили запросто, потрафив Бошняку с Горьковым. Дааа… За время службы мне довелось практически со всеми звездами иркутского волейбола переиграть, помимо упомянутых это Серега Крылов, Андрей Котов, Серега Гидаспов, Санька и младший Герасимовы… даже с Камышовым и Калмыковым … Ну и, разумеется – сам Евгений Саныч Емельянов, у которого несколько раз был на сборах. Кстати, моего близкого кореша, Мишку Кончевского тянули в московское Динамо с перспективой – сборная… Но в закулисных играх победил Валера Лосев (не сам, конечно, это он все…), потом стал пасовать в сборной и уверен, что благодаря ему мы не выиграли ОИ в Сеуле. Немыслимо претендовать на серьезное с таким ростиком… А Мишка ушел в тогдашний Свердловск, потом Германия… Все – мастера спорта, известные, авторитетные в Иркутске люди… А там ещё и мощная братская торсида была, игравшая со мной и выросшая на моих глазах. Ничего не могу сказать, вовремя и точно я выбрал для себя спортивное увлечение и направление. Драться перестал через год после выпуска – тогда ещё не было категории 91, а что гонять 12-14, что выходить против тех, кто за 110-120 да и повыше все. Предлагали остаться на сборах в ЦСКА, но быть пушечным мясом с неясными перспективами… А когда ввели категорию, было уже поздно. Военные многоборья тоже быстро померкли из-за полосы препятствий, где чем жестче приземлился – тем меньше времени потерял. Да и вообще конные виды мне были откровенно неприятны со школы, несмотря на задатки. Для серьезных занятий метаниями (копье в основном), нужен был тренер-лоббист, отрешенная поглощенность итд, а я женился за день до выпуска… Жена как-то не стимул на этом этапе… Вот когда ты уже сборник, стипендия, харчи. Гонорары, квартира… Словом, для удовлетворения личных амбиций достаточно книжечки МС (чтобы детям тыкать и иметь основания пенять), а чтобы были в жизни краски, эмоции, причем основанные на нагрузках, координации, умении – нужно спортивное увлечение на долгие годы. Вот и выбран волейбол. Благодаря ему и по сию пору в нормальной форме, и есть что вспомнить, и с большими мастерами поиграл. И в Иркутске, и в Красноярске, и уже здесь, в Москве, где играл за ветеранскую сборную Москвы 35-40 и 41-50 от ВФВ. А в столице, где только в высшей лиге было 4 клуба, явно было и есть кому играть… Особо памятно, когда играл и тренировался в клубе ветеранов ВС, они арендовали зал ЦСКА с 8 до 10 аж 3 раза в неделю и после нас была тренировка мужской команды высшей лиги, которую тогда вел ОЧ Олег Молибога. Вот тогда подружился с Лешей Вербовым, он был капитаном, жил рядом (мать была директором СДЮШОР на Соколе), приходил пораньше и не отказывался нам попасовать. Вот уж когда кайф то был… Куда не побеги, где не прыгни – мяч тебе в руку всегда. Не зря и сейчас его в сборную вызывают, да и в успехах Белгорода и Казани его очень серьезный вклад. Даааа… удалось Угрюмому наступить на любимый мозоль, всколыхнул…

As on: ... Так называемые «холодные» кальсоны изготавливались из плотного х/б полотна, оснащались спереди достаточной щелью для разнообразных надобностей, шаговой, ступенчатой регулировкой пояса и завязками снизу. Завязки обладали уникальной способностью развязываться в самый неудобный момент, причем возможно это было исключительно и только тогда, когда их обладатель находился в так называемых «параллельных» штанах, вызывая не только здоровый смех окружающих, но и меняя тонус сосудов и цвет торца, вгоняя в краску большевистских тонов кальсононосца. Это обидное неудобство компенсировалось способностью «лаза» кальсон после непродолжительной эксплуатации обеспечивать доступ к основному мужскому органу куда более удобный, даже чем у ковбоя к личному оружию. В целях предотвращения душевного травмирования защитников Родины, государство пошло на революционный шаг – завязки внизу исподников были заменены на пуговицы, прихотливо подобранные в тон ткани. Это полезное нововведение ощутимо добавило психического здоровья и устойчивости отдельным защитникам Родины. Более искушённые курсанты оберегали свое нравственное здоровье и реноме от таких неожиданных ударов, прогнозируя возможное развитие событий, где вполне вероятна встреча с противоположным полом и (упаси бог!) придется разоблачаться перед дамой – заранее готовились к неожиданным подаркам и ударам судьбы, надевая трусы. Следует признать, что воин в белых одеждах менее всего похож на ангела, скорее – на «привидение» из пионерского лагеря и вызывал смех. Оружие в такой момент грозности явно не добавит, лишь сделает смех гомерическим. А давно известно, что когда смешно – не можешь, а когда не можешь – совсем не смешно… Государство не могло поддерживать устремления граждан на удовлетворение низменных потребностей своей плоти, поэтому было вынуждено ставить препятствия на этом разрушающем основы пути и всячески поощряло обеспокоенность судьбами Родины. Плотские удовольствия ведь не только отвлекают от «обеспокоенности судьбами», но и могут нанести урон живой силе и своей, родной армии и труженикам тыла, т.к. боец с триппером, следует признать – плохой боец. О трусах (ударение на втором слоге) следует сказать особо. Нельзя не сказать. Они не только ближе всего к курсантскому телу и не снимаются им практически никогда (можно на 2-х пальцах пересчитать возможные случаи), но и наделены простым народом сакральными свойствами. Известно от отдельных продвинутых исследователей, что вся коммунистическая идеология основана на стремлении унифицировать, даже ликвидировать личность. Лишить человека образа божьего и превратить людей в безликую массу. Преградами к осуществлению этой прекрасной, но идеалистической мечты являются семья, частная собственность и государство. В определенном смысле и семью, и собственность, и государству допустимо было рассматривать как части личности и производные полноценной личности. Собственность, как таковая, появляется с появлением государства (не надо путать с фактическим владением). Поэтому у курсанта при себе из личных вещей был только носовой платок, да и тот очень не у всех. Даже трусы были казенными. Когда у человека, давно слезшего с деревьев, потерявшего необходимый на них хвост, шерсть, отнимают трусы, являющиеся, кстати, изобретением и собственностью государства, он становится полностью беззащитен перед любой властью. Это очень тонко прочувствовал директор лагеря товарищ Дынин, вводивший в своем пионерлагере казарменные порядки и дальновидно отбиравший трусы за провинности, легко превращая вольнодумцев и бунтовщиков в образцовых сограждан, куда более восприимчивых к требованиям. Человек без трусов в нашем патриархальном обществе не только не вызывал жалости, но и был повсеместно осуждаем и гоним. Отсюда и постоянные непреодолимые проблемы отдельных обеспокоенных личными свободами и их проявлениями граждан с организацией гей-парадов, в которых им надо винить лишь свое незнание культурных традиций народа, а не уровень развития демократии в стране. Из этих, исторически обусловленных представлений родился жертвенный девиз: «Душу – Богу, сердце – даме, жизнь – Государю, честь – никому...», где честь прямо и неразрывно увязывалась с трусами. Так же как и в нынешнее время – приятная привычка отдельных наших граждан спать без трусов, является залогом необратимости демократических перемен в стране. Государство, ясно понимая, что у неё лишь два друга – армия и флот, одевало их строго, но красиво – в сатиновые трусы классических линий и цветов. Оно было извещено, что подданные случаются разного роста и упитанности и как-то это якобы даже учитывало, но на практике в ходу были размеры с 52 по 56, заведомо подходившие любому воину (речь идет только о нижних чинах, далее, как известно, и ума у них побольше, и фундамент поширше…). Но что хорошо государству, не может быть хорошо гражданам – у них возникали проблемы с благосклонностью дам, которые были холодны к проблемам государства, равнодушны задачам воспитания беспощадных к врагам воинов, лишая граждан надежд на понимание. Но и здесь государство было на высоте – оно отчетливо давало понять, что настоящему большому, высокому чувству синие трусы – не помеха, а для низких – тем более. Справедливости ради следует отметить – трусы легко поддавались модификации, их можно было подворачивать, превращая в элегантные плавки, выгодно подчеркивающие своими объемными гранями развитие окружающих мышц. Можно было даже легко добиться того, что популярные среди определенных слоев современного либерально-демократического общества стринги на их фоне выглядели какой-то архаикой. Не следует забывать, что свою политику в области производства трусов государство постоянно корректировало. Так после 20 съезда КПСС и наступившей следом «оттепели» появились цветные трусы, трусы с рисунками, в цветочек и с различными овощами, не вызывающими нездоровых ассоциаций даже у продвинутых цензоров. Но такие допущения были возможны только в других средах, а не тех, которые стоят на страже традиционных устоев, защищают мир от смрада разложения. Здесь власть была строга и неумолима. В таких вопросах вольности и неуместны, и разрушительны. Ну и следует непременно добавить – нет ещё примеров изломанных судеб благодаря трусам.

угрюмый: Даааа… удалось Угрюмому наступить на любимый мозоль, всколыхнул… Не было задачи наступить ... Но прочитанное очень интересно!!! Спасибо!!!

As on: Постану-ка я ещё одну главку: Еда и напитки Кормили курсантов очень разнообразно – у них не только был завтрак, но и обед, и даже ужин. Помимо этого не запрещалось еще и полдничать. Для этого дополнительного удовольствия был предназначен «чепок», официально именуемый как кафе «Электрон». По мнению людей, его посещавших, название было выбрано из малости и отрицательного заряда основоположника и родоначальника, т.е. самого электрона. Меню курсанта отражало не только особенности национальной культуры, исторический опыт войн и подготовки к ним, тонкие и взвешенные расчеты диетологов, но и идеологические установки – обходиться малым, быть беспощадным к врагу и равнодушным к разлагающим кулинарным аттракционам, выполнять боевую задачу автономно, а то и вовсе вопреки. В качестве подтверждения исследователи приводят народный эпос про жизнерадостного солдата, варившего кашу из топора. Любимое кушанье курсанта обыкновенно составляла «рыба жареная порционная», приготовлявшаяся из серебристого хека, муки, соли и комбижира. Её они заказывали себе иногда по 2 раза в день. Однако, полезность необыкновенная рыбы, наличие в ней фосфора и других микроэлементов было ими, следует признать, ценимо мало. Так один летописец свидетельствует, что когда он практически весь отопительный сезон ездил 4 раза в неделю по будням на тренировки в город, не считая обязательного «банно-парного» дня, то на ужин ему доставалась аж целая тарелка, предназначавшаяся для 8 человек. Это с неизбежностью привело его к тому, что он только через 5 лет после выпуска смог не только спокойно смотреть, но и даже употреблять в свою пищу нельму, муксуна, ряпушку и проч. рыбопродукты. Тем не менее, невозможно отрицать бесспорный факт, что сам он физически и геометрически рос даже на 4-м курсе, который тогда был последним, невзирая на очевидную благоприобретённую нелюбовь к жителям морей, что только подчеркивает мудрость и прагматизм властей. В питье они также исповедовали воздержанность. Обычно это были чай, или так называемые «какава» и «кофэ» утром, компот или кисель в обед и непременный вечерний чай. Отдельные летописцы утверждали, что тщательно охраняемый училищными поварами секрет заваривания чая и кофе состоял в том, чтобы курсант в своей дальнейшей жизни не делал из них культа, а сразу мог сосредоточиться на куда более вкусной и питательной водке. В дополнение к перечисленным напиткам повсюду и повсеместно были фонтанчики с водой питьевой водопроводной. Её единственным достоинством была холодность во всякое время и генетическая принадлежность к растаявшим льдам Саян. Что не только прививало сдержанность в питье, но и избавляло от целого ряда страданий и хворей. Людей, пивших 4 года ледяную воду, невозможно было в дальнейшем смутить и подкосить холодным пивом. Обедал любой курсант всегда в окружении своих товарищей. Причем практически всегда в одно время и в одном месте. Этот приятный обычай укоренился в КВКУРЭ с очень давних времен и никак не сказывался на аппетите столовующихся. Для проверки верности и разумности этой традиции курсантов иногда посылали в караул, где не было таких суровых регламентаций. Как правило, всего одного раза хватало, чтобы курсанты достаточно долго ясно видели, ценили радость в обычных вещах, трепетно хранили имеющееся. По замыслу Создателя такие прочные, непоколебимые традиции курсантов в одежде, суровость в выборе еды и питья немало способствовали как прочности государства в целом, так и воцарению мира и спокойствия в остальном мире – ибо таких зверей победить было практически невозможно.

As on: еще одну главку... Отношение к женщине и национальные традиции в этом вопросе Женщина в КВКУРЭ пользовалась особым уважением и почитанием. Ей даже разрешалось порой терять ориентиры подлинной своей привлекательности, чем она пользовалась без всякой жалости и меры. Очень часты были примеры их самоуспокоенности и нещадной эксплуатации исключительности положения, заключавшееся в катастрофически малом их количестве по отношению к курсантам и другим категориям. На общее отношение к женщине оказал значительное влияние исторический российский герб с птичьими головами, обернутыми в разные стороны. Использование длительное время иной государственной символики, с орудиями труда, мало что могло поменять в плане дуалистичности подхода. Так, если на условном Западе женщина традиционно была не только хранительницей очага, погруженной в разнообразные заботы, но и воительницей, императором, фавориткой и даже прислугой «за все», то на упрекаемом в дикости и волюнтаризме Востоке женщины проводили время в праздности и гаремных удовольствиях среди докучливой роскоши. Исходя из философии национального государственного символа у нас издавна и постоянно практикуют впрягать «в одну повозку осла и трепетную лань». Результаты этих экспериментов однозначно оценить трудно, мало того, по сию пору нет ни одного объективного исследования, позволившего бы сделать хоть какие-то обоснованные выводы и рекомендации. Поэтому процесс шёл и идет эмпирическим путем с соответствующими издержками и невнятными выводами. Радиоэлектронный уклон КВКУРЭ и естественные слабости, откровенная поверхностность школьного курса не могли убить тягу простого народа к более детальному изучению анатомии. В скорые сроки изучив подробно собственную, хоть и весьма далеко от требований академического иссследования, курсанты проявляли неиссякающий, острый, пытливый интерес к анатомии женской. Однако их ситуация была хороша только для популярного в последнее время дистанционного изучения. В те седые годы передовой метод ещё не был так хорошо знаком, доступен и внедрен в повседневность, махрово цвели контактный и бесконтактный, созерцательные способы изучения действительности. Невзирая на полнейшее отсутствие тогда в стране всякого полового воспитания, курсанты, тем не менее, имели достаточно ясные представления – откуда берутся дети. Мало того, они ещё более ясно понимали, насколько приятна их роль в производстве детей и насколько занимательно познавать тайны процесса, который в те годы был доступен лишь эмпирически. Сложно отнести к теоретическим исследованиям плакаты, предупреждающие об опасности заражения венерическими заболеваниями. Правящий слой мудро положился на природное качество народа, его неистребимую тягу к познанию, благодаря чему народонаселение росло неуклонно. А стоило появиться специальной литературе и фильмам, в деталях являющих процесс, как интерес пропал и народонаселение столь же неумолимо стало сокращаться. Однако взятый государством курс на воспитание в них свирепости и неумолимости мало способствовал подобным изысканиям. Большая часть курсантов не могла смириться с таким положением и помышляла жениться перед выпуском на молодой, красивой, богатой и по любви. С приближением к выпуску было заметно, что требовательность курсантов к избранницам ощутимо снижается – многие были в курсе, что в большинстве мест службы нет ни молодых, ни красивых, ни вообще каких. Но божественная Природа была благосклонна к КВКУРЭ, расположив на совершенно небольшом, символическом отдалении (4-5 остановок общественного транспорта) медицинский институт, фарм- и медучилище, где хорошо помогали курсантам в постижении животного мира Сибири и способах его размножения, а также другие учебные заведения, где тяга к изучению подобных вопросов была не менее велика, если не сказать ещё более определенно: технологический техникум пищевой промышленности, финансово-экономический, РПХ-20. Немного далее были технологический институт, педагогический, советской торговли, финансово-кооперативный техникум, потом появилась даже консерватория, которые тоже напряженно вели не очень тогда ещё известные, прикладные маркетинговые исследования. Столь же неустанно проводили практические коммуникационно-социальные исследования и опыты студентки университета и политеха, находившиеся далее всех. Предпочтения курсантов мигрировали и даже эволюционировали – от первых курсов, когда более всего ценилась в дамах доступность и решительность, к старшим, где преобладал интерес уже к содержательной части, хотя и старые привязанности оставались не менее чтимы. Но были и стойкие экземпляры, которые надолго сохраняли верность простоте, незатейливости и легкости в определенных вопросах, а некоторые пронесли эту привязанность, эту «первую любовь», через всю жизнь. Сложно сказать, было ли этим жертвенным людям действительно интересно, но зато с уверенностью можно утверждать, что скучно им не было никогда. Все это - очень даже черновики, поэтому беру отрывки, без контекста и связи. Надо бы отрихтовать и... но довольно объемно (40 с лишним страниц) и как-то всё "недо сук"... Равно как и отчет о 40-летии выпуска валяется недоконченный Да, собственно, не факт, чтобы он кому-то был нужен...

угрюмый: Вот теперь и ты наступил на мозоль ... И всколыхнул такие волны воспоминаний ... Боже мой, фил фак пединститута.. Эт о было наше все, и все !!!



полная версия страницы